Алла Кузнецова, Молчаливый Глюк. Я не со зла, я по маразму!
Алексей Лидиев. Богатый наследник.
V.
- Зачем здесь поставлены эти великолепные розы, Оскар?
- Николай Вадимович приказали их назначить к отправке, барышня.
- К отправке, куда?
Черные глаза Адочки полны самого живого, самого жгучего любопытства.
Старый садовник Оскар, почтительно обнажив голову, стоит перед «ее сиятельством княжной» подле огромного ящика, из которого своими красными, снежно-белыми и палевыми головками выглядывают великолепные экземпляры шток-розы.
Они не пахнут эти роскошные, нарядные цветы, но зато как красивы, как царственно-прелестны их пышные мохнатые шапки, состоящие из нежных-нежных, почти прозрачных бархатистых лепестков.
- Не знаете ли, куда отправляет Николай Вадимович эти розы, Оскар? - снова спрашивает заинтересованная Адочка.
- Как же, знаю, ваше сиятельство. Наш молодой барин приказали завтра поутру отвезти ящик с горшками на станцию и сдать кондуктору для доставления ихней бабушке Екатерине Алексеевне. Это подарок молодого барина бабушке ко дню рождения. Самые лучшие цветы они выбрали, потому как бабушка больше всего любит шток-розы. Больше их и не оказалось в теплице. Последние экземпляры. Наш барин...
- Наш, наш! - сердито перебила садовника Адочка, - вы это сто раз повторяете, Оскар, точно кто отнимает от вас вашего барина...
- Никак нет, ваше сиятельство, никто не отнимет, потому как Николай Вадимович наш настоящий помещик, а мы его слуги...
Старый садовник, конечно, без умысла сказал эту фразу, но, услышав ее, Адочка вся вспыхнула.
- Так вот что! Ну хорошо! - чуть ли не задохнувшись от злобы, мысленно проговорила девочка и, не удостоив даже взглядом садовника, выбежала из оранжереи.
В голове ее вихрем проносились самые злые, самые нехорошие мысли.
«Отомстить! Во что бы то ни стало отомстить негодному мальчишке, так непозволительно вторгшемуся в ее жизнь, отомстить ему и за его поступок с ней на ниве (Адочка совершенно выпустила из вида, кто был виноват в этом поступке) и за эту угодливость слуг перед ним, а более всего за его непрошенную роль владетеля Зеленых Липок. Отомстить? Но как?»
Вот мысль, которая теперь без устали сверлила и жгла мозг и сердце озлобленной, ожесточенной девочки.
И вдруг она просияла. Губы ее радостно улыбнулись недоброй торжествующей улыбкой. Она даже в ладоши захлопала от радости, что план мести найден.
Оставалось только запастись терпением, чтобы привести его в исполнение.
И на этот раз Адочка оказалась терпеливой.
VI.
Теплая, почти душная июльская ночь, подобралась незаметно и окутала Зеленые Липки своим темным покровом.
От куртин с цветами потянулись душистые струйки аромата нестерпимо пахнувших цветов. Ночная птица шарахнулась в сторону, пугая безмолвие ночи своим резким криком. И снова все тихо... тихо... ни звука... ни шелеста. Старые липы точно застыли. Ветерок не трогает их вершин... они не рассказывают больше свою длинную, бесконечную сказку... они устали... притомились. И они жаждут покоя...
Чу! скрипнула дверь на террасе... скрипнула и растворилась; чья-то легкая белая тень промелькнула в старой липовой аллее. Вот она крадется осторожно, чуть слышно, по направлению оранжерей.
Поминутно оглядывается белая фигурка назад к дому. Лишь бы не увидели оттуда, лишь бы не заметили. Но нет, никто не заметит. Все спит в доме, все спокойно.
Вот уже и оранжерея близко. Луна выглянула в эту минуту из-за облачка. Теперь уже можно узнать крадущуюся по саду фигурку. Это Адочка. Лицо ее бледно. Глаза горят. В руке она крепко сжимает большие садовые ножницы, которые ей удалось унести незаметно с вечера из теплицы.
Если б не желание отомстить ненавистному Нике, она, Адочка, ни за что не решилась бы пойти ночью в сад. Она боится всего: и ночной темноты, и тишины, и одиночества. Она слишком много начиталась всяких рыцарских средневековых романов, в которых «страхи» и «неожиданности» играют главную роль. Но желание досадить «богатому наследнику» слишком сильно овладело ею, чтобы она могла остановиться на своем замысле.
Вся дрожа от страха и волнения, Адочка прибавляет шагу. Вот и заветная теплица. Слава Богу, она у цели. Вот и ящик, откуда так кокетливо выглядывают чудные пышные головки шток-роз.
Раз! И верхние шапки роскошных цветов падают при первом же взмахе Адочкиных ножниц. Новый взмах - новые жертвы.
Вскоре от чудесных алых, палевых и белых чашечек не остается и следа. Одни высокие стебли стоят, дерзко обнаженные от своего блестящего наряда.
Адочка наскоро подбирает цветы, наполняет ими свои карманы и уже бегом несется вдоль по аллее сада; трепещущая и взволнованная не менее прежнего.
Со всех ног бросается она к крыльцу, минует ряд комнат и, дойдя до своей постели, падает на нее с чувством полного облегчения.
Она довольна. Она отомщена.
(продолжение следует)
Отсюда: vk.com/wall-215751580_5105
V.
- Зачем здесь поставлены эти великолепные розы, Оскар?
- Николай Вадимович приказали их назначить к отправке, барышня.
- К отправке, куда?
Черные глаза Адочки полны самого живого, самого жгучего любопытства.
Старый садовник Оскар, почтительно обнажив голову, стоит перед «ее сиятельством княжной» подле огромного ящика, из которого своими красными, снежно-белыми и палевыми головками выглядывают великолепные экземпляры шток-розы.
Они не пахнут эти роскошные, нарядные цветы, но зато как красивы, как царственно-прелестны их пышные мохнатые шапки, состоящие из нежных-нежных, почти прозрачных бархатистых лепестков.
- Не знаете ли, куда отправляет Николай Вадимович эти розы, Оскар? - снова спрашивает заинтересованная Адочка.
- Как же, знаю, ваше сиятельство. Наш молодой барин приказали завтра поутру отвезти ящик с горшками на станцию и сдать кондуктору для доставления ихней бабушке Екатерине Алексеевне. Это подарок молодого барина бабушке ко дню рождения. Самые лучшие цветы они выбрали, потому как бабушка больше всего любит шток-розы. Больше их и не оказалось в теплице. Последние экземпляры. Наш барин...
- Наш, наш! - сердито перебила садовника Адочка, - вы это сто раз повторяете, Оскар, точно кто отнимает от вас вашего барина...
- Никак нет, ваше сиятельство, никто не отнимет, потому как Николай Вадимович наш настоящий помещик, а мы его слуги...
Старый садовник, конечно, без умысла сказал эту фразу, но, услышав ее, Адочка вся вспыхнула.
- Так вот что! Ну хорошо! - чуть ли не задохнувшись от злобы, мысленно проговорила девочка и, не удостоив даже взглядом садовника, выбежала из оранжереи.
В голове ее вихрем проносились самые злые, самые нехорошие мысли.
«Отомстить! Во что бы то ни стало отомстить негодному мальчишке, так непозволительно вторгшемуся в ее жизнь, отомстить ему и за его поступок с ней на ниве (Адочка совершенно выпустила из вида, кто был виноват в этом поступке) и за эту угодливость слуг перед ним, а более всего за его непрошенную роль владетеля Зеленых Липок. Отомстить? Но как?»
Вот мысль, которая теперь без устали сверлила и жгла мозг и сердце озлобленной, ожесточенной девочки.
И вдруг она просияла. Губы ее радостно улыбнулись недоброй торжествующей улыбкой. Она даже в ладоши захлопала от радости, что план мести найден.
Оставалось только запастись терпением, чтобы привести его в исполнение.
И на этот раз Адочка оказалась терпеливой.
VI.
Теплая, почти душная июльская ночь, подобралась незаметно и окутала Зеленые Липки своим темным покровом.
От куртин с цветами потянулись душистые струйки аромата нестерпимо пахнувших цветов. Ночная птица шарахнулась в сторону, пугая безмолвие ночи своим резким криком. И снова все тихо... тихо... ни звука... ни шелеста. Старые липы точно застыли. Ветерок не трогает их вершин... они не рассказывают больше свою длинную, бесконечную сказку... они устали... притомились. И они жаждут покоя...
Чу! скрипнула дверь на террасе... скрипнула и растворилась; чья-то легкая белая тень промелькнула в старой липовой аллее. Вот она крадется осторожно, чуть слышно, по направлению оранжерей.
Поминутно оглядывается белая фигурка назад к дому. Лишь бы не увидели оттуда, лишь бы не заметили. Но нет, никто не заметит. Все спит в доме, все спокойно.
Вот уже и оранжерея близко. Луна выглянула в эту минуту из-за облачка. Теперь уже можно узнать крадущуюся по саду фигурку. Это Адочка. Лицо ее бледно. Глаза горят. В руке она крепко сжимает большие садовые ножницы, которые ей удалось унести незаметно с вечера из теплицы.
Если б не желание отомстить ненавистному Нике, она, Адочка, ни за что не решилась бы пойти ночью в сад. Она боится всего: и ночной темноты, и тишины, и одиночества. Она слишком много начиталась всяких рыцарских средневековых романов, в которых «страхи» и «неожиданности» играют главную роль. Но желание досадить «богатому наследнику» слишком сильно овладело ею, чтобы она могла остановиться на своем замысле.
Вся дрожа от страха и волнения, Адочка прибавляет шагу. Вот и заветная теплица. Слава Богу, она у цели. Вот и ящик, откуда так кокетливо выглядывают чудные пышные головки шток-роз.
Раз! И верхние шапки роскошных цветов падают при первом же взмахе Адочкиных ножниц. Новый взмах - новые жертвы.
Вскоре от чудесных алых, палевых и белых чашечек не остается и следа. Одни высокие стебли стоят, дерзко обнаженные от своего блестящего наряда.
Адочка наскоро подбирает цветы, наполняет ими свои карманы и уже бегом несется вдоль по аллее сада; трепещущая и взволнованная не менее прежнего.
Со всех ног бросается она к крыльцу, минует ряд комнат и, дойдя до своей постели, падает на нее с чувством полного облегчения.
Она довольна. Она отомщена.
(продолжение следует)
Отсюда: vk.com/wall-215751580_5105
-
-
09.09.2025 в 09:37Чем дальше, тем интереснее - когда и как она получит по ушам.
-
-
09.09.2025 в 10:34